Мы в соцсетях:
блог женского психолога

ПОСЛЕДНИЙ ВЫИГРАВШИЙ

ПОСЛЕДНИЙ ВЫИГРАВШИЙ
Тип статьи:
Авторская

Трудно быть маленьким, когда вокруг так много дураков. Эпоха поучительно-воспитательных ремней, углов и гороха канула в лету. Настали времена демократических ценностей и духовных скреп. Теперь бобовые появляются в жизни ребенка лишь во время обеденной трапезы, а о существовании угла он узнает, дай Бог, классе в пятом на уроках геометрии.

Вместе с тем полки книжных магазинов заполонили яркие томики с интригующими названиями в духе «Мы растим счастливого малыша» или «Путь Дао для Вас и вашего ребенка». Казалось бы, отсутствие таких сброшюрованных инструкций не помешало Герману с Паулиной вырастить автора теории относительности, при упоминании которой мы, краснея, спешим сообщить о своей гуманитарной направленности. Однако трепетные мамочки не мыслят своей миссии без «научного подхода», обмениваясь «архиважной» информацией на тематических форумах по вопросам воспитания достойного потомства. И до рези в глазах штудируют руководства по правильной эксплуатации подрастающих граждан своей страны, чтобы во всеоружии противостоять безнравственности прогнивших ценностей Запада вместе с их мультиком «Кто накакал кроту на голову?», их смартфонами и всякими вражескими «интернетами». Кстати, чуть не забыла предупредить: молодые родители должны срочно уничтожить все сторублевки, на которых депутаты нашей Государственной думы через микроскоп увидели… мужской детородный орган! Представляете, какой кошмар?! И это безобразие по-прежнему красуется над колоннами Большого театра, растлевая наших малышей! Так что, на улицу детей лучше выпускать с завязанными глазами, а на площадь у Большого театра повесить табличку 18+.
Но я отвлеклась....
Итак, настрадавшись от «дедовских методов», жертвы ремней и гороха решили пойти другим путем. Так, за точку отсчета всех абсцисс и ординат ими была принята аксиома: «Мой ребенок особенный». Нет, не особенный, а самый особенный. Этот постулат, не требующий доказательств, стал фундаментом «правильного воспитания» достойного члена общества. Это не просто член! Это особенный член. Он не такой, как все. Он лучший! Поэтому мы должны ему обязательно вдолбить в голову, что его гений озарит если не весь мир, то уж всю детскую площадку точно. Как ему жить с таким грандиозным самомнением, для нас не важно. Наше дело — привить навык, а как им пользоваться, малыш сам разберется, ну и школа поможет… Пусть кто-то сомневается, что гипертрофированное чувство собственной важности помогает общаться с себе подобными, каждый из которых уверен, что именно для него подготовлены лучшие места под солнцем. Мы не из пугливых!
Если папа и мама видят в своем чаде то, что старый добрый Морфеус усмотрел в Томасе Андерсоне1, это вполне нормально. Но когда они из кожи вон лезут, чтобы заставить других увидеть «промысел божий» в вымазанном кашей «иудушке», можно ли назвать адекватным и сей момент? Ну и что с того, что носитель ваших генов пару раз попал кисточкой в лист бумаги? Разве это делает его вторым Кандинским? Зачем же с пеной у рта доказывать преподавателям художественной школы, что те не смогли разглядеть недюжинный талант юного дарования? Зачем развесив его мазню по стенам, подвергать пытке примитивизмом всех своих гостей? И ни секунды не сомневаться, что в родовом гнезде под их крылышком спит истинный талант в памперсах. А что, если талантом в нем даже не пахнет? И пахнет одними памперсами? Ведь способность объективно оценивать все достоинства и недостатки наших близких и является наивысшим проявлением любви к ним. Нет ничего лучше похвалы тогда, когда человек (а ведь ребенок — прежде всего, человек) этого заслуживает. Но когда у него что-то не получилось вовсе или вышло из рук вон плохо, разве он настолько глуп, чтобы не понимать этого? В глубине души каждый знает цену своих успехов и поражений.
Главное, чтобы никто не пытался на этом спекулировать, вынуждая нас принять за истину извращенную систему ничем не оправданных поощрений («Молодец! Так держать!»).
В нашем мире многообещающих монстров человеку, не способному признавать свои неудачи, придется очень туго. Так туго, что до седых волос он будет искать поддержку у своей любимой мамочки, подсказывающей ему, какую рубашку надеть на свидание и куда следует положить руку в подходящий момент. Мамочки, которая, захлебываясь от умиления, информирует всех и каждого: «МЫ так любим кататься на качелях», «МЫ такие веселые», «МЫ сегодня хорошо покакали», «У НАС такой аппетитный животик, как арбузик», одаривая свое чадо еще одним бонусом современного воспитания — нарциссизмом. Чтобы после этого безо всяких протестов с его стороны упиваться поклонением своему маленькому божку, ограждая во что бы то ни стало этого «сверхчеловека» от всех возможных и невозможных превратностей судьбы, будь то микробы, дети, которые «плохо на него влияют», фильмы для тех, кому еще не 12+. Дабы в итоге пускающий пузыри младенец поверил в то, что именно его пуп является смыслом жизни всех вокруг.
Добрый совет «помочь ребенку поверить в себя и в свой талант», кочующий по воспитательным пособиям, оседает в сознании большинства родителей убеждением, что они должны доказать всем — ребенку, себе, окружающим, всему миру, что он самый (и множество эпитетов в превосходной степени). Поэтому ему разрешается надеть тете на голову тарелку с макаронами. И нечего так кричать! Он же ребенок… Но если до шести лет малыш ездил в коляске, до семи не снимал памперс, до восьми не вытаскивал изо рта соску, до десяти сидел в домике для Барби, а в двенадцать спросил у вас, откуда берутся дети, станет ли он когда-нибудь взрослым? Не уверена. Тогда почему сплошь и рядом мамочки становятся покорными рабами своих отпрысков, не смея указать им на то, где они неправы? Почему борт самолета, на котором ты летишь в прекрасную страну, чтобы наконец-то отдохнуть от трудов праведных, так часто превращается в камеру пыток из-за визжащих и бьющихся в истерике недорослей? Почему, когда ты просишь добрую мамочку объяснить своему ребенку, с упорством Сизифа колотящему ногами по спинке твоего сидения, элементарные правила поведения в обществе, она так возмущенно отбривает тебя «священным» заклинанием: «Он же мааааленький», чтобы затем ласково погладить «цветок жизни» по головке. Да, он маленький, но Вы-то, мадам, нет. Так почему бы не рассказать ему о недопустимости такого поведения? Только потому, что вы неустанно выполняете свое предназначение «в лепешку разбиваться ради малыша, чтобы в старости было кому подать стакан воды»? А вы уверены, что он ограничится одной водой? Ведь человек, с младых ногтей уверовавший в то, что ему нет равных во всех вопросах, с удовольствием станет вами командовать, учить, как следует обустраивать свой быт, как часто принимать душ, что есть на завтрак. А кончится это все тем, что, рассказывая врачу о вашем самочувствии, он произнесет ту самую сакраментальную фразу: «МЫ сегодня хорошо покакали».
Но не будем грустить о будущем. Лучше порадуемся настоящему, в котором сверстники со скепсисом относятся к недоказанному факту «избранности» нашего избалованного «гения», особенно если он полноват («толстяк!»), близорук («очкарик!») или кучеряв («мелкий Леонтьев!»). Вот тогда можно будет поздравить «продукт» своего воспитания с тем, что ему «посчастливилось» в столь нежном возрасте познать, каково это — быть непринятым коллективом, быть изгоем и предметом насмешек. Мир непрост и порой жесток. Все мы знаем об этом. Так почему тогда, вместо того, чтобы пробудить в своем чаде такие нужные
качества, как стоицизм, смелость и критичность к себе, мы наполняем его раздутым самомнением, чтобы потом он удирал сверкая пятками, в любой мало-мальски неприятной ситуации? Нет, речь идет вовсе не о том, что следует обучать ребенка прогибаться под толпу, а о том, чтобы помочь ему понять, что он личность, из которого никто не смеет делать маленький винтик в механизме общества. А понять это можно, только увидев этот механизм изнутри.
Мы так любим повторять за бокалом белого полусухого, что жизнь — трудная штука. Так почему бы нам не познакомить с этими сложностями и своего ребенка, не помочь ему противостоять им? Но вместо этого все с упорством попугая картавят: «Главное не победа, а участие. И вообще, победила дружба!». Даже в играх детям отказывают в возможности почувствовать поражение, следуя цитате незабвенного Джорджа Карлина «больше нет проигравших, есть последний выигравший». Лишая своих детей права на неудачу, родители подменяют его реальное детство, смысл которого и заключается в том, чтобы узнавать мир, совершать поступки, запоминать свои ошибки и учиться ощущать счастье, на суррогатное. Эта фальшивка отнимает у ребенка внутреннюю свободу и независимость, намертво привязывая его к единственным почитателям и ценителям самого себя — мамочке да папочке. Так пополняются ряды бессмысленных марионеток поколения, которое «Time» ласково окрестил «The ME ME ME Generation». Поколения людей самовлюбленных и изнеженных, которые при любых трудностях хватаются за мамину юбку, чтобы она, словно замятинская «Зеленая стена», защитила их от общемирового зла. И маленьким становится еще труднее, ведь ряды дураков растут в геометрической прогрессии.
АННА БРАЙНИНА

+1
169
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Следуйте за нами в Instagram